Скоро пенсия, а дела словно назло обрушиваются лавиной. Уильям Сомерсет, прошедший долгие годы в уголовном розыске, уже мысленно собирал чемоданы. Мечтал о тишине, о месте, где нет вечного городского гула и его вечных же грехов. Всего семь дней оставалось до желанного покоя.
Но судьба распорядилась иначе. Сначала появился он — новый напарник, молодой и горячий Дэвид Миллс. Его энергия била через край, резко контрастируя с уставшей, методичной манерой Сомерсета. Разница в подходах, в самом взгляде на работу создавала напряженность с первых минут.
А затем поступил вызов. Обычное, казалось бы, сообщение об убийстве. Однако на месте преступления стало ясно — это нечто выходящее за рамки обычной жестокости. Метод, обстановка, каждая деталь говорили об изощренном, почти хирургическом расчете. Сомерсет, чей ум за десятилетия отточился как лезвие, ощутил холодный укол тревоги. Это не было спонтанным насилием. Здесь чувствовалась система, чёткий и страшный замысел.
Опыт, накопленный за бесчисленные расследования, подсказывал ему неоспоримую истину. Такое преступление редко бывает единственным. Оно — как первая нота в зловещей мелодии. За ней почти наверняка последуют другие. Эта мысль легла тяжёлым камнем на сердце. Семь дней, которые должны были стать отсчётом к свободе, теперь грозили превратиться в обратный отсчёт для новой, неизвестной жертвы. Город, от которого он так хотел уехать, вновь цепко вцепился в него своими тёмными когтями.
