Август сорок четвертого. Глухомань западнобелорусских лесов. Только что отбитая у врага земля — особая полоса, где орудуют заброшенные в наш тыл фашистские разведчики и диверсанты. Красная Армия уже перешагнула рубеж страны, гонит войну назад. Но удар с тыла по наступающим частям может всё изменить. Сорвать эти планы под силу лишь офицерам СМЕРШа.
Освобождённые районы ещё не остыли от боёв. В лесах прячутся недобитые вражеские группы, оборванные связи, зарытые в землю рации. Они собирают сведения, минируют дороги, нападают на обозы. Каждый день приносит сводки о новых диверсиях. Тыловой район, который должен быть опорой для фронта, превратился в опасную зону.
Советские войска ушли далеко вперёд, оставив за собой этот беспокойный край. Командование понимает: нельзя наступать, когда за спиной таится угроза. Нужны люди, которые развернут войну в тылу против самой тени. Этим занимаются смершевцы.
Их работа — тихая, невидимая. Они не идут в открытую атаку, не занимают высоты. Их поле боя — тропинка в лесу, подозрительный след у дороги, шепот в деревне. Они выискивают, вычисляют, окружают. Каждая обезвреженная группа — это спасённые жизни солдат на фронте, это сохранённые эшелоны с боеприпасами.
Здесь, среди болот и чащоб, идёт своя, особая война. Война нервов, внимания, терпения. Разведчик против контрразведчика, маскировка против бдительности. Фашистские диверсанты обучены, вооружены, ждут сигнала. Смершевцы должны найти их первыми.
Они действуют малыми группами, часто в одиночку. Опираются на помощь местных — лесников, деревенских стариков, даже детей. Каждый странный звук, каждый чужой человек становится объектом внимания. Работа строится на деталях: сломанная ветка, пепел от костра, след от сапога.
Погода стоит сырая, августовские дожди заливают лес. Это и помеха, и помощь. Следы хорошо видны на раскисшей земле, но и самим передвигаться трудно. Каждая операция — испытание на выносливость. Сутками могут сидеть в засаде, мокрые, голодные, не шелохнувшись.
Информация поступает отовсюду. Иногда это точные данные от захваченного связного, иногда — смутные слухи из деревни. Всё нужно проверять, перепроверять. Ошибка может стоить жизни не только оперативнику, но и мирным жителям.
Бои идут не только в лесу. В только что освобождённых сёлах остаются вражеские агенты, пособники. Они передают сведения, указывают цели. Их тоже нужно выявлять. Работа требует не только смелости, но и понимания людей, умения разговорить, расположить к себе.
Каждый обезвреженный враг — это шаг к безопасности тыла. Каждая найденная рация, каждый захваченный склад с оружием приближает общую победу. Смершевцы делают своё дело без громких слов, без парадов. Их награда — знание, что где-то благодаря их работе прошёл эшелон с танками, что батальон получил продовольствие, что на фронт ушли новые бойцы без потерь в тылу.
Война катится на запад, но здесь, в белорусских лесах, она ещё не закончилась. И пока последний вражеский диверсант не пойман, работа продолжается. Тихая, опасная, необходимая работа. От неё зависит слишком многое — успех наступления, жизни солдат, спокойствие в только что освобождённых сёлах. Это фронт без линии окопов, но с той же смертельной опасностью и той же железной необходимостью победить.
