Милли устроилась экономкой в богатый дом Винчестеров, расположенный за городом. Девушке было важно получить эту должность — недавно она вышла на свободу по УДО, и работа со проживанием стала для неё настоящим спасением. Однако отношения с хозяйкой Ниной не складывались с самого начала. Женщина вела себя странно, её настроение менялось без видимых причин, и она постоянно находила поводы для придирок.
В отличие от супруги, Эндрю Винчестер держался приветливо и спокойно. Он умел сглаживать острые углы в общении, вовремя вставлял шутку или переводил разговор в нейтральное русло. Милли замечала, что он часто смотрит в её сторону, и во взгляде его читалось не просто участие — что-то большее. Его внимание согревало, особенно на фоне постоянного напряжения, которое создавала Нина.
Жизнь в особняке текла по своему распорядку. Милли старалась выполнять обязанности безупречно, но чувствовала, что Нина специально ищет недочёты. То скатерть недостаточно отглажена, то в сервировке не хватает изящества. Девушка молча сносила замечания, понимая, что терять место нельзя. Иногда ей казалось, что за холодной строгостью хозяйки скрывается что-то неустойчивое, почти болезненное.
Эндрю, напротив, всегда находил слова поддержки. Он мог незаметно подойти на кухне, спросить, как идут дела, предложить помощь. Его присутствие действовало успокаивающе. Милли ловила себя на мысли, что ждёт этих коротких разговоров, его улыбки, тёплого взгляда. Она понимала, что такие мысли опасны, но сердце отказывалось слушаться разума.
С каждым днём атмосфера в доме становилась всё более двойственной. С одной стороны — необъяснимая напряжённость, исходящая от Нины. С другой — тихое, но настойчивое внимание Эндрю. Милли пыталась сохранять дистанцию, оставаться просто служащей, но чувствовала, что ситуация медленно выходит из-под контроля. Особняк Винчестеров хранил не только роскошь, но и скрытые эмоции, которые вот-вот могли вырваться наружу.
